Оборонно-частное партнерство

 

29 Апреля 2013

Оборонно-частное партнерство

Единственный частный оптический холдинг в сфере российского оборонно-промышленного комплекса (ОПК) на протяжении своего развития сталкивался с проблемами, не свойственными государственным предприятиям оборонки

Может, именно это помогает ему производить оптику как для приборов специального, так и гражданского применения, существенно дешевле поддержанных бюджетом аналогов?

Дилемма инвестора

Собственно, никакого частного оптического холдинга могло бы и не быть, как и предприятий, в него входящих. Кто 10 лет назад мог всерьез поверить, что на территориях новосибирского завода «Экран» или Ростовского оптико-механического завода новый собственник не начнет строительство бизнес-центра, жилого микрорайона или загородных резиденций (от Ростова Великого до Москвы-то всего 200 км)?

expert-sibir 17-18 031 jpg 300x200 crop q70Генеральный директор ОАО «Ростовский оптико-механический завод» Юрий Савин поясняет, что ситуация в начале 2000-х была более чем сложной: отсутствие заказов, длительные задержки зарплаты, долги по налогам и ЖКХ. Тем не менее, основной акционер (в 2003 году Эдуард Таран с согласия государства приобрел контрольный пакет акций завода, входящего в систему ОПК) инвестировал средства в предприятие, благодаря чему оно и было сохранено.

«На территории РОМЗа нет снесенных цехов, нет девелоперских проектов. Кроме того сохранен кадровый потенциал, как производственный, так и полноценный конструкторский», — утверждает Савин.

Ситуация стала меняться к 2008 году, когда после реализации ряда эффективных управленческих мер и модернизации предприятие представило оптические приборы — не только востребованные государством, но и конкурентные по цене и качеству.

Одновременно РАТМ занимался финансовым оздоровлением РОМЗа, а сумма долга тогда составляла порядка 300 млн рублей. Удалось заключить соглашение о реструктуризации задолженности со Сбербанком, который, по мнению члена совета директоров РОМЗа Ильи Василевского, проявил серьезную лояльную позицию, снизив ставку и увеличив срок погашения задолженности.

Во многом на это повлияло и списание долгов со стороны собственника. В 2010 году, чтобы получить госсубсидию правительства России в 274 млн рублей, основной акционер актива Эдуард Таран списал накопленный заводом за пять лет долг в 318 млн рублей.

К лету 2012 года у РОМЗа значительно вырос портфель заказов, например, на оптику для нового БТР-82. Но завод еще числился в списке оборонных предприятий — потенциальных банкротов с суммой долга в 130 миллионов.

«Собственник Эдуард Анатольевич Таран снял со своего счета деньги и отдал предприятию. Когда я принес и раздал правительственной комиссии документы, что все долги погашены, довольно долго была немая сцена», — вспоминает Юрий Савин.

«РОМЗ стал единственным частным оборонным предприятием, получившим господдержку. И это реальный пример государственно-частного партнерства», — отмечает Илья Василевский.

Интеграция преимуществ

Частные военные заводы — редкость для российской экономики. Не секрет, что этим мы отличаемся от США, за право работы с американской армией конкурируют частные производители вооружения. «Мы поставляли приборы ночного видения для операции американской армии «Буря в пустыне», 18 тысяч единиц этой продукции обеспечили завод работой на два года. Но если бы не интеграция с новосибирским заводом «Экран — оптические системы», мы вряд ли своевременно выполнили бы такой заказ», — поясняет Юрий Савин.

Общий собственник с ключевым поставщиком — «Экран-ОС» — в начале 2000-х стал для РОМЗа важным конкурентным преимуществом. Объединенные в вертикаль взаимодействия предприятия быстро завоевали не только военный, но и гражданский рынок специальных оптических приборов.

Отметим, что в истории завода «Экран-ОС» также был сложный период с долгами по зарплате и отсутствием спроса на производимую продукцию — на складах оставалось до трети годового выпуска. Поэтому сначала генеральный директор завода «Экран — оптические системы» Валерий Гугучкин отладил систему сбыта. Следующим шагом стала реорганизация всего производственного комплекса. В результате этих мер потребление тепла, воды, энергии уменьшилось в 2,3–2,5 раза, а затраты на производство азота, водорода, кислорода, сжатого воздуха уменьшились в 2,7–3,8 раза.

«Модернизацией и инновациями предприятие системно снижало себестоимость продукции, только за 2008–2012 годы этот показатель составил 34,8 процентов. Мы увеличили номенклатуру с двух–трех изделий до 105, и благодаря всем этим принятым мерам завоевывали место на мировом рынке. В советские времена экспорт продукции предприятия равнялся нулю процентов, в 90-е и нулевые достиг 20. Сегодня этот показатель почти 85 процентов», — не без гордости заявляет Валерий Гугучкин.

Но если «Экран-ОС» может и далее расширять свои рынки сбыта за рубежом, то РОМЗ был создан, чтобы делать оптические системы для российской бронетехники. А это означает прямую конкуренцию с государственными предприятиями.

 

expert-sibir 17-18 032 jpg 450x300 crop q70

 

Эффективность затрат

Как поясняет гендиректор РОМЗа, когда дело доходит до цены разработки и производства, преимущество ростовских оптиков неоспоримо. «Как минимум на 30 процентов мы более эффективно работаем, и эта цифра подтверждена неоднократно. При этом разработанные нами сейчас приборы не уступают ни одному из зарубежных аналогов. И значительно дешевле при прочих равных условиях», — поясняет Юрий Савин.

Уточнение «при прочих равных» неслучайно. Сегодня российская армия предпочитает покупать оборудование у госкомпаний.

«У нас есть тепловизионный прибор, более дешевый и более качественный, чем аналоги, но мы не можем запустить его в серийное производство, потому что его не заказывают, так как аналог делает госпредприятие. Цена нашего прибора — 500 тыс. рублей, выпущенного на госпредприятии — существенно выше. И это одинаковые приборы, вы их не отличите ни по каким характеристикам. При получении долгосрочных контрактов мы и дальше готовы сокращать издержки», — убежден член совета директоров РОМЗа.

Как утверждает Юрий Савин, на частном предприятии сумма инвестиций на техническое перевооружение меньше в три раза по сравнению с государственными предприятиями-конкурентами.

«Частники считают финансовый результат, а госпредприятия — бюджет. Чем больше бюджет, тем больше денег дадут. Окупились инвестиции через три года или восемь лет — не так важно. А мы живем в других условиях, нам необходимо быть эффективными», — резюмирует Илья Василевский.

Сегодня РОМЗ ждет от государства внятной политики по отношению к частным предприятиям. «Нужна долгосрочная концепция, на основе которой мы сможем строить принципы сотрудничества. Для этого государство должно решить, какую долю продукции оно готово разместить в частных руках. И, конечно, важно, чтобы такое решение принимали в соответствии с элементарной логикой, учитывая соотношение качества и цены приборов. А проблемы подготовки производства, в том числе и перевооружения, мы в силах решить самостоятельно», — уверен Юрий Савин.

Действенная тактика

Впрочем, частный оборонный бизнес видит в государстве не только заказчика, но еще и партнера в исследовательской деятельности. «Если государство не повернется лицом к проблемам исследований, то в ближайшие пять–десять лет российская электроника перестанет не только развиваться, но и реально существовать. Науку как академическую, так и отраслевую однозначно должны дотировать из госбюджета. Для решения подобных задач необходима комплексная государственная программа развития отраслей промышленности, чего нет в настоящее время», — подчеркивает Валерий Гугучкин.

Пока вопросы опытно-конструкторских работ заводы решают самостоятельно. Одна из них — максимально совместить возможности РОМЗа и «Экран-ОС». С осени прошлого года в частном оптическом холдинге реализовывают проект удаленного офиса: в Новосибирске на «Экране-ОС» работают конструкторы, которые по заказу РОМЗа проводят ОКРы на оптические приборы. «Это подразделение Ростовского оптико-механического завода, это наши деньги, на которые мы привлекаем кадровый потенциал Новосибирска. Мы на РОМЗе осуществляем подготовку производства и передаем его для сборки в Новосибирск», — объясняет Юрий Савин.

Отметим, что двумя оптическими активами РАТМ Холдинга руководят люди знаковые в данной отрасли. Валерий Гугучкин и Юрий Савин — это именно те высококлассные специалисты, которые в числе первых в 90-е годы выводили российские приборы ночного видения гражданского применения на мировой рынок. Авторитет этих имен и сегодня непререкаем, Гугучкин и Савин — это именно тот весомый капитал, на который собственник Эдуард Таран сделал в свое время ставку. А ведь многие предприятия оборонки прекратили свое развитие, именно заменив опытных специалистов на пресловутых «эффективных менеджеров».

Источник: Эксперт Сибирь